В октябре 2024 года Severe Weather опубликовал материал о связи снежного покрова Евразии в октябре с последующей зимней циркуляцией. Спустя два года автор, Andrej Flis вернулся к этой гипотезе и проверил, насколько хорошо она работает на более длинном ряду наблюдений. Получилось интересное сравнение: ранняя работа выявляла связь, которая выглядела перспективной, поздняя — проверяла его прогностическую состоятельность.
В статье 2024 года автор выбрал пять лет с особенно большой площадью снежного покрова Евразии в октябре: 1968, 1976, 2002, 2014 и 2016. Для этих случаев построили композитные карты зимних аномалий давления и температуры. Они указывали на повышенное давление в полярных широтах и более холодные условия в отдельных районах Европы и Северной Америки. Предлагался и физический механизм: расширение снежного покрова усиливает Сибирский антициклон, способствует переносу планетарных волн в стратосферу и может ослаблять полярный вихрь.
В работе 2026 года подход другой: вместо нескольких отобранных случаев проверили связь на протяжении 47 зим — с 1979 по 2025 год, используя четыре набора данных о снежном покрове. Отдельно сравнили результаты исходного исследования, охватывавшего 14 зим, с последующими годами. Это позволило проверить, сохраняется ли обнаруженная закономерность за пределами периода, на котором её первоначально выявили.
Результат оказался значительно скромнее первоначальных ожиданий. За все 47 зим сигнал оправдался в 25 случаях, то есть примерно в 53%. В исходном 14-летнем периоде — в 9 случаях из 14, но в 15 зимах после публикации исследования — только в 6. Иными словами, ранняя закономерность не подтвердилась на независимом последующем отрезке. Автор также отмечает, что предполагаемая цепочка через усиление Сибирского антициклона и перенос волновой энергии в стратосферу не прослеживалась достаточно убедительно.
Особенно важен европейский результат. В ранней статье композитные карты показывали похолодание в части Европы, но такой метод описывает среднюю картину выбранных случаев и сам по себе не доказывает прогностическую связь. В поздней работе проверили региональные температуры, осадки и снег. Связи, заметные в исходном периоде, после 2011 года в основном исчезли. Устойчивого сигнала для европейской зимы автор не обнаружил.
Таким образом, исследование 2026 года не опровергает саму физическую возможность влияния снежного покрова на стратосферу. Оно ставит под сомнение более сильное утверждение: что скорость октябрьского распространения снега позволяет надёжно прогнозировать зимнюю циркуляцию и температуру. Корреляция на коротком историческом отрезке оказалась недостаточно устойчивой для самостоятельного сезонного прогноза.
На диаграмме выше в статье 2026 года сравнивается два периода и показывается, на каком этапе нарушилась предполагаемая связь между октябрьским снегом в Евразии и зимней погодой.
В 1997–2010 г увеличение снежного покрова было связано с усилением Сибирского антициклона. Однако следующий шаг — усиление переноса волновой энергии вверх, в стратосферу, — убедительно не подтверждался. После 2011 г ослабла уже начальная связь: площадь октябрьского снега перестала надёжно указывать на усиление Сибирского антициклона.
При этом последующая часть механизма сохраняется: усиленный перенос волновой энергии в стратосферу в ноябре–декабре повышает вероятность ослабления полярного вихря в январе–феврале. По оценке автора статьи, при таком переносе нарушение устойчивости вихря становится примерно вдвое вероятнее. Но скорость распространения снега в октябре сама по себе почти не меняет вероятность холодной зимней циркуляции.
Автор также проверил, помогает ли скорость распространения снежного покрова в октябре прогнозировать зимнюю температуру, количество снега и дождя в 11 регионах Северной Америки и Европы.
В первоначальном периоде исследования в нескольких регионах обнаружилась заметная связь. На востоке США после быстрого распространения снежного покрова зимы были ощутимо холоднее. В юго-западной и северной частях Европы также прослеживалась связь с количеством зимних осадков в виде дождя.
Однако после 2011 г все эти закономерности перестали проявляться. Из 44 региональных проверок за последующий период только одна выявила реальный сигнал. Некоторый намёк на долговременную связь сохранился лишь для западной Канады, но и там он недостаточно выражен, чтобы использовать его для практического прогнозирования.
Итог. Для Беларуси и Восточной Европы я бы не стал делать вывод о холодной зиме по октябрьскому снежному покрову в Сибири. Даже если в середине зимы полярный вихрь ослабнет, это ещё не определит, куда именно сместится холодный воздух. Для региона гораздо важнее конкретная конфигурация блокирования над Северной Атлантикой и Европой, положение высотных ложбин и гребней и повторяемость меридиональных вторжений.
Статья 2026 года исправляет чрезмерно уверенную интерпретацию, предложенную в материале 2024 года. Октябрьский снег в Сибири — интересный прогностический сигнал, но не самостоятельный сезонный прогностический признак. В долгосрочном прогнозе его разумнее использовать как второстепенный фактор, а не как основание для вывода о будущей суровой зиме.
Источники: статья 2024 года и проверка гипотезы на 47 зимах, 2026 год.