После сокрушительного поражения республиканцев на промежуточных выборах в США в Белый дом от России приехал Кирилл Дмитриев, а от Украины — Давид Арахамия. Первого Трамп принял, а второго — нет. Как считает историк, политический обозреватель Александр Фридман, за закрытыми дверьми шел разговор в первую очередь об экономике, а из того что обращает на себя внимание — Россия готова пойти на компромисс и отказаться от полного захвата Донбасса. Видео подкаста на YouTube, аудио на Spotify, ниже сокращенная текстовая версия.

Дмитриев у Трампа передает условия Путина

Алексей Шабуневич:

— Не успели подвести итоги промежуточных выборов в США, как в Вашингтон отправился посланник Владимира Путина Кирилл Дмитриев.

Он представил ряд предложений, в том числе вывод войск НАТО из стран Балтии и Скандинавии.

Александр Фридман:

— Принципиально нового в этих предложениях нет. Большинство из них Россия уже озвучивала, в том числе в ультиматумах Владимира Путина 2021 года. Речь идет о статусе русского языка и Русской православной церкви, выводе войск НАТО из стран Балтии и других соседних с Россией государств. По сути, Москва предлагает вернуться к ситуации 1997 года, до практического расширения НАТО на восток.

Единственный относительно новый момент — заявленная готовность России отказаться от требования передать ей весь Донбасс.

Сам Кирилл Дмитриев серьезным политическим влиянием не обладает. Его задача — находить язык с американскими переговорщиками и предлагать проекты, способные заинтересовать Дональда Трампа и его окружение. Дмитриев хорошо знает США, учился там и работал с американским бизнесом. Он понимает, какие аргументы могут оказаться убедительными для Трампа.

Инфографика: Ответим за мир

В частности, речь идет об экономических проектах, включая возможное возобновление поставок российского газа через «Северные потоки» под американским контролем. Это попытка привлечь к российским предложениям людей из окружения Трампа, которые могли бы получить от них финансовую выгоду.

Однако заявления о скором заключении соглашений пока выглядят скорее как привычный оптимизм Трампа. Встреча с Дмитриевым могла быть нужна ему и по политическим причинам: продемонстрировать уважение к Путину и одновременно показать американской аудитории, что он по-прежнему контролирует ситуацию.

После поражения республиканцев на промежуточных выборах Трампу важно перехватить инициативу: пока все обсуждают результаты голосования, он якобы уже почти завершил войну и готовит масштабные сделки.

Фото: Белый дом

Алексей Шабуневич:

— Дмитриева Трамп принял, а украинскую делегацию — нет. Как в Киеве, Евросоюзе и США воспримут эти предложения?

Александр Фридман:

— Для Украины это, безусловно, неприятный сигнал. Сам факт, что украинскую делегацию оставили за дверьми, показывает направление политики Трампа. Однако говорить о радикальном изменении его курса не приходится: мы наблюдаем продолжение тенденции, обозначившейся после его возвращения в Белый дом.

Европейцы уже давно противостоят российско-американским идеям, в частности попыткам вернуть российский газ на европейский рынок. Москва предлагает привлечь американский бизнес к контролю над газовой инфраструктурой, чтобы сделать проект выгодным для окружения Трампа. Если европейцы сами не хотят покупать российский газ, можно попытаться заинтересовать американцев.

Параллельно эту инициативу преподносят как способ создать для Путина стимулы прекратить войну. Именно такую логику, судя по всему, продвигают Джаред Кушнер, Стив Уиткофф и сам Трамп.

Но пока нет признаков того, что европейцы готовы принять эту схему. До промежуточных выборов перспективы проекта были сомнительными, а теперь возможности Трампа навязывать свою волю стали еще меньше.

Европейцы уже задумываются о периоде после его ухода из Белого дома. Поэтому они не спешат соглашаться на предложения, которые могут оказаться выгодными прежде всего Москве и американскому окружению Трампа.

Коул печется о собственных интересах?

Алексей Шабуневич:

— Издание Kyiv Independent сообщило, что в администрации США недовольны действиями Джона Коула, который ведет переговоры со странами Балтии и Польшей о транзите беларуского калия. Его инициативу считают скорее личным бизнес-проектом, чем государственной политикой. Насколько это правдоподобно?

Скриншот: Kyiv Independent

Александр Фридман:

— Такая версия выглядит вполне логичной. Недовольство, судя по публикации, связано прежде всего с Государственным департаментом и окружением Марко Рубио.

У Рубио, как предполагается, есть президентские амбиции. Если он собирается участвовать в следующих выборах, ему будет непросто оставаться частью администрации Трампа и одновременно дистанцироваться от ее внешнеполитического курса. Поражение республиканцев на промежуточных выборах, особенно кандидатов, которых лично поддерживал Трамп, делает эту задачу еще актуальнее.

Похожая проблема возникает и у Джей Ди Вэнса. Несмотря на то что он остается одним из главных претендентов на президентское выдвижение от республиканцев, его положение осложняется принадлежностью к нынешней администрации. Даже если Вэнс критикует отдельные решения Трампа, он остается частью его команды.

Что касается Джона Коула, то его деятельность вписывается в общую тенденцию: представители окружения президента продвигают не только внешнеполитические инициативы, но и собственные экономические интересы.

Возможная схема с беларуским калием напоминает историю с «Северными потоками». В обоих случаях американские посредники рассчитывают получить выгоду от организации транзита и контроля над инфраструктурой.

Беларуские калийные удобрения востребованы на мировом рынке. Один из наиболее удобных маршрутов их экспорта — через портовую инфраструктуру Литвы или Латвии. Если такой проект удастся реализовать, заработать смогут те, кто обеспечит его продвижение.

В этом смысле Коул может использовать свои политические связи для решения экономических задач. Его инициативу можно рассматривать как самостоятельный бизнес-проект, а не как согласованный внешнеполитический курс Вашингтона.

Показательно и то, что реакция стран Балтии остается достаточно спокойной. Если бы речь шла о принципиальной инициативе администрации Трампа, давление могло бы быть гораздо серьезнее. Пока же Вильнюс и Рига, судя по всему, не видят оснований менять свою позицию.

Визит Дмитриева — признак спешки, но чьей?

Алексей Шабуневич:

— Как в Европе оценивают победу демократов на промежуточных выборах? И не свидетельствует ли поспешная отправка Дмитриева в Вашингтон о нервозности российской власти?

Александр Фридман:

— Думаю, встреча Дмитриева могла быть не столько результатом российской поспешности, сколько инициативой самого Трампа. Ему важно показать, что он по-прежнему у власти и способен принимать решения.

В Европе реакция неоднозначна. Политики, которым еще предстоит работать с Трампом, осторожны в оценках. Например, канцлер Фридрих Мерц не демонстрирует особой радости. Открыто выражать симпатии противникам американского президента, когда приходится с ним взаимодействовать, было бы неразумно.

Но европейские политики второго и третьего эшелонов, а также многие эксперты не скрывают оптимизма. Все чаще звучат заявления о приближении конца эпохи Трампа. Возникает надежда, что после него в Белый дом придет президент, который будет относиться к Европе иначе и восстановит тесное сотрудничество с европейскими союзниками.

В этом смысле европейцы воспринимают результаты выборов как позитивный сигнал. Они все чаще исходят из того, что Трамп ослаблен и его инициативам уже не обязательно следовать с прежней готовностью.

Поэтому навязать свою волю Украине и европейцам ему будет еще сложнее. В 2025 и 2026 годах Трамп не добился здесь серьезных успехов, а теперь его возможности ограничены еще сильнее.

Прогноз на два года

Алексей Шабуневич:

— Как вы оцениваете перспективы следующих двух лет? Трамп формально остается президентом и обладает реальными рычагами власти, но все чаще воспринимается как уходящий политик.

Александр Фридман:

— Трамп будет всеми силами доказывать, что он по-прежнему определяет мировую повестку, обладает полнотой власти и продолжает писать историю. Это тот образ, который он будет поддерживать до конца своего президентства.

Однако его партнерам — и сторонникам, и противникам — после промежуточных выборов стало очевидно, что эпоха Трампа постепенно подходит к завершению. И они будут выстраивать свою политику с учетом этой перспективы.

Это касается и России. Американская сторона неоднократно предупреждала Москву: возможности для серьезных договоренностей и улучшения отношений существуют прежде всего пока Трамп находится в Белом доме. Кто придет ему на смену и какой будет политика новой администрации, предсказать невозможно.

В Москве это, вероятно, начинают осознавать все отчетливее. Поэтому Россия может попытаться воспользоваться оставшимся временем и продвинуть двусторонние проекты, а возможно, пойти на определенные уступки, чтобы остановить войну и добиться максимально выгодных условий.

Но рассчитывать на обещанную Трампом эпоху стабильности, разрешение конфликтов и всеобщее процветание пока не приходится. Такая перспектива даже не просматривается.

Фото: Белый дом